lilibay

Пираты, занимавшиеся разбоем в открытом море и подвергавшие ограблению прибрежные районы западноевропейских стран, действовали под командованием своих раисов, т. е. начальников, или капитанов. Раисы составляли особую корпорацию, располагавшую большими материальными средствами и пользовавшуюся значительным влиянием в Алжире и в других крупных портовых городах североафриканского побережья.

ВС 1566 по 1630 год добыча доставлялась в Алжир в среднем 60–80 раз в год. Эффективность морских предприятий была весьма высокой (так, в период с 1609 по 1616 год алжирские корсары захватили 446 одних только английских кораблей).

Иногда раздел добычи происходил на борту корсарского судна еще до его входа в порт. Выручка от продажи награбленного распределялась так: 9-11% шли правителю Алжира, половина оставшихся денег предназначалась раисам (капитанам) и их компаньонам, а командам — оставшиеся 45%. Эти деньги делились на доли: каждый матрос получал 1 долю; боцманы, плотники и пушкари — по 2 доли; офицеры, кормчий, хирург и бомбардир — по 3 доли.

Богатые дома квартала Фахс принадлежали в основном раисам. Каждый раис стоял во главе более или менее крупной группы корсаров. Он почти всегда принимал участие в корсарских походах, а нередко выступал в роли арматора. В 1588 году в Алжире проживало 34 раиса

Для примера :
В 1610 году алжирский флот из сорока кораблей под командованием англичанина Петера Эштона разбойничал в Бристольском заливе, а затем, перебравшись к Ньюфаундленду, грабил французов, португальцев и фламандцев, захватил пять судов, несколько десятков пушек и огромную добычу (около 10 тыс. фунтов стерлингов) и пополнил свои команды, завербовав около пятисот англичан.

В 1616 и 1627 годах алжирские корсары появились у берегов Исландии. В 1647 году семь барбарийских кораблей подобрались к западному побережью Англии и высалили десант в Корнуолле, собрав богатую добычу. Корсары проникали внутрь Ла-Манша и грабили европейцев на их транспортных магистралях. В 1650 и 1654 годах они захватили несколько торговых кораблей у Плимута.

Бейлербеи, начиная с Хайреддина, управляли Алжиром . Их власть практически не ограничивалась со стороны дивана, но зато им приходилось постоянно лавировать между давившими на них конкурирующими группировками — янычарским оджаком и корпорацией раисов (так называемой таифой раисов).

После смерти бейлербея Ульдж Али (1587) турецкий султан включил Алжир, Тунис и Триполитанию в обычные рамки османской государственности; пост бейлербея был упразднен, его заменил паша, назначаемый на трехлетний срок. Но уже в течение XVII века Алжир освободился из-под власти Оттоманской Порты. Паша, превратившийся в «свадебного генерала», не смог удержать под контролем оджак и таифу, яростно боровшихся за главенство в государственном управлении. По меткому замечанию французского историка Ш.-А. Жюльена, «чтобы кормиться, он должен был утверждать решения, принятые диваном янычаров». Указанный диван собирался четыре раза в неделю, чтобы обсуждать важнейшие дела, и в качестве последней инстанции высказывался по вопросам войны и мира.

В 1659 году в результате мятежа в Алжире установилась власть янычарских ага, сменявшихся каждые два месяца. В 1671 году таифа временно взяла верх над янычарами и передала власть бею, который избирался сначала раисами, а с 1689 года — офицерами янычарского войска. Власть дея была выборной, но абсолютной. По своему выбору он назначал пять министров: ведающего государственным казначейством, командующего сухопутной армией, министра морского флота, управляющего его дворцом, попечителя выморочных имуществ и сборщика даней; этим чиновникам помогали личный казначей дея, секретари и судебные исполнители.

Для Души:

На Белом море вот уже несколько лет не могут снарядить более 56 галер… Галеры плохие, оснащены очень скверно. Ни на одной из них, кроме галеры капудан-паши, нет даже 100 воинов, в основном — 60 — 70, да и тех либо насильно завербовали, либо они отбывают повинность. На вооружении (галеры) не более 50 — 60 ружей. Таково (положение) на Белом море, на Черном — еще хуже. Военному делу не обучают уже более 100 лет. На побережье воины столь «мужественны», что едва не умирают (от страха), когда должны идти против казаков, которых полно на Черном море. .. Происходит это все оттого, что во флоте полно всякого отребья…»

(Из отчета польскому Сейму князя К. Збаражского, великого посла в Турции (1622 — 1623)

Зарисовка:
" Тем временем приблизились осенние бури. Король предложил корсару зимовать в безопасной гавани Тулона. Зимовка Хайраддина в Тулоне стала центральным событием кампании 1543 года. Турецкие и корсарские галеры вошли на малый рейд и расположились в ряд по десять — двенадцать судов по всей бухте. Они представляли изумительное по красоте и величию зрелище. Зеленые, черные, белые, желтые, красные флажки и флаги, расшитые серебром, разукрасили гавань. В центре флотилии на адмиральской галере главнокомандующего развевался большой бело-золотой стяг. Поражало величественное спокойствие, царящее в гавани. На судах поддерживалась железная дисциплина, эксцессов ни на борту, ни на берегу не происходило, турки вели себя вежливо и спокойно. Тишина повисла над городом, и только голос муллы, созывающего на молитву, нарушал спокойствие зимовки. Власти сделали все возможное, чтобы облегчить пребывание Хайраддина, занявшего рейд, и снабжали его всем необходимым. Зимовка продолжалась шесть месяцев, с сентября 1543 до марта 1544 года."